В каждом из нас заложена сила нашего согласия на здоровье и болезнь, на богатство и бедность, на свободу и рабство. И это мы управляем этой великой силой, и никто иной.

В каждом из нас заложена сила нашего согласия на здоровье и болезнь, на богатство и бедность, на свободу и рабство. И это мы управляем этой великой силой, и никто иной.

Отстаивая свои ограничения, ты лишаешь себя всемогущества. (Никогда не говорите себе: «Я не могу». Этим вы лишаете себя могущества.).

Отстаивая свои ограничения, ты лишаешь себя всемогущества. (Никогда не говорите себе: «Я не могу». Этим вы лишаете себя могущества.).

Я предпочитаю думать, что мой мессия вознёсся в какое-то другое измерение и — это вовсе не выдумка, — наблюдает за нами обоими и смеётся от удовольствия, что всё случилось так, как было задумано.

Я предпочитаю думать, что мой мессия вознёсся в какое-то другое измерение и — это вовсе не выдумка, — наблюдает за нами обоими и смеётся от удовольствия, что всё случилось так, как было задумано.

Мы притягиваем в свою жизнь всё то, о чём думаем. Но если это правда, то так или иначе я привёл себя к этому моменту по какой-то причине, — и вы так же.

Мы притягиваем в свою жизнь всё то, о чём думаем. Но если это правда, то так или иначе я привёл себя к этому моменту по какой-то причине, — и вы так же.

Хороший Мессия не испытывает чувства ненависти и свободен идти любой дорогой, по которой он хочет идти.

Хороший Мессия не испытывает чувства ненависти и свободен идти любой дорогой, по которой он хочет идти.

Да, в наше время всё идёт от материального к духовному… Хоть и медленно, но всё же этого движения не остановить… Думаю, мир не оставит тебя в покое.

Да, в наше время всё идёт от материального к духовному… Хоть и медленно, но всё же этого движения не остановить… Думаю, мир не оставит тебя в покое.

Но с меня довольно толп, даже счастливых… Если эту толпу напугать, то она либо распинает, либо поклоняется. Извините, это уж слишком!

Но с меня довольно толп, даже счастливых… Если эту толпу напугать, то она либо распинает, либо поклоняется. Извините, это уж слишком!