Если в какой-либо книге что-то поражает нас как абсурдное, то не будем спешить говорить: «Автор этой книги не придерживался истины». Куда справедливее и уместнее признать, что или в рукопись вкралась неточность, или истолкователь ошибся, или мы сами не до конца понимаем читаемое.

Если в какой-либо книге что-то поражает нас как абсурдное, то не будем спешить говорить: «Автор этой книги не придерживался истины». Куда справедливее и уместнее признать, что или в рукопись вкралась неточность, или истолкователь ошибся, или мы сами не до конца понимаем читаемое.