Бытие обладает номинативной привилегией (никакому Борхесу не вообразить язык, в котором говорить о вещах значило бы начисто отрицать их, где требовалось бы добавлять специальную утвердительную частицу, чтобы они существовали).

Бытие обладает номинативной привилегией (никакому Борхесу не вообразить язык, в котором говорить о вещах значило бы начисто отрицать их, где требовалось бы добавлять специальную утвердительную частицу, чтобы они существовали).

Север крошит металл, но щадит стекло. Учит гортань проговаривать «впусти».

Север крошит металл, но щадит стекло. Учит гортань проговаривать «впусти». Холод меня воспитал и вложил перо в пальцы, чтоб их согреть в горсти. Замерзая, я вижу, как за моря солнце садится и никого кругом. То ли по льду каблук …

Воспитание — в счастье украшение, а в несчастье прибежище.

Воспитание — в счастье украшение, а в несчастье прибежище.

– Не понимаю, за что ты любишь меня, если, по-твоему, все так дурно во мне! И чего ты, наконец, хочешь от меня?

– Не понимаю, за что ты любишь меня, если, по-твоему, все так дурно во мне! И чего ты, наконец, хочешь от меня? Но он и сам не понимал, за что он любил ее, хотя чувствовал, что любовь его не …

Мы говорим на великом языке сознания и разума, перед которым бессилен язык религии.

Мы говорим на великом языке сознания и разума, перед которым бессилен язык религии.

Земная радость — это лишь мгновенье Пред вечностью, которая нас ждет.

Земная радость — это лишь мгновенье Пред вечностью, которая нас ждет.

Злословие и насмешка — вот что пользуется у публики неизменным спросом.

Злословие и насмешка — вот что пользуется у публики неизменным спросом.

— Ваш трудовой стаж? — Примерно… — Нас не интересует «примерно»! — Пять лет.

— Ваш трудовой стаж? — Примерно… — Нас не интересует «примерно»! — Пять лет. — Где вы работали? — На заводе. В геологических партиях… — Сколько вы работали на заводе? — Год. — Кем? — Фрезеровщиком. — А вообще …

Back to Top