Лучшим управлением было бы такое, в котором, при всеобщем равенстве во всем прочем, первые места были бы обеспечены добродетели, а последние — пороку.

Лучшим управлением было бы такое, в котором, при всеобщем равенстве во всем прочем, первые места были бы обеспечены добродетели, а последние — пороку.

Царь, который наполняет свою казну имуществом подданных, подобен тому, кто мажет крышу своего дома глиной, взятой из-под его фундамента.

Царь, который наполняет свою казну имуществом подданных, подобен тому, кто мажет крышу своего дома глиной, взятой из-под его фундамента.

Я не догнал до конца, Мне не понять мотива: Амуры дырявят сердца, Черти — презервативы.

Я не догнал до конца, Мне не понять мотива: Амуры дырявят сердца, Черти — презервативы.

Я не прошу ни мудрости, ни силы. О, только дайте греться у огня!

Я не прошу ни мудрости, ни силы. О, только дайте греться у огня! Мне холодно! Крылатый иль бескрылый, Веселый бог не посетит меня.

Если я не проложу тропы к сердцу людей, они не будут общаться со мной, хотя они не будут ни за, ни против меня.

Если я не проложу тропы к сердцу людей, они не будут общаться со мной, хотя они не будут ни за, ни против меня.

Я, видишь ли, не из того сорта людей, которые, встретившись с женщиной, влюбляются в неё, не обращая внимания на многое отрицательное, что есть в ней. Я не согласен с тем, что любовь слепа.

Я, видишь ли, не из того сорта людей, которые, встретившись с женщиной, влюбляются в неё, не обращая внимания на многое отрицательное, что есть в ней. Я не согласен с тем, что любовь слепа. Я знал таких простаков, которые до …

Пока ты не достиг счастья, твои мечты разделяют все. Но вознесла тебя судьба, и твой доброжелатель — один ты сам.

Пока ты не достиг счастья, твои мечты разделяют все. Но вознесла тебя судьба, и твой доброжелатель — один ты сам.

Титулы и слава предков придают блеск имени, носимому с достоинством, но делают еще более презренным опозоренное имя.

Титулы и слава предков придают блеск имени, носимому с достоинством, но делают еще более презренным опозоренное имя.

Она любила рисковать И ставить всё на кон, Любила небо целовать И солнцу слать поклон, Любила желтую луну И шелест буйных трав, А я — любил ее одну, И в этом был неправ.

Она любила рисковать И ставить всё на кон, Любила небо целовать И солнцу слать поклон, Любила желтую луну И шелест буйных трав, А я — любил ее одну, И в этом был неправ. Я дорожил ее судьбой, Любил в …

Первый стакан — за себя, второй — за друзей, третий — за хорошее настроение, четвертый — за врагов.

Первый стакан — за себя, второй — за друзей, третий — за хорошее настроение, четвертый — за врагов.

Ах, широка, до чрезвычайности широка и разнообразна русская душа! Многое может вместить в себя эта широкая русская душа… И напоминает она мне знаменитую «плюшкинскую кучу». У Гоголя.

Ах, широка, до чрезвычайности широка и разнообразна русская душа! Многое может вместить в себя эта широкая русская душа… И напоминает она мне знаменитую «плюшкинскую кучу». У Гоголя. Помните? «Что именно находилось в кучке — решить было трудно, ибо пыли …

Из всех представителей рода человеческого зависти и злословию более всего предаются плохие поэты.

Из всех представителей рода человеческого зависти и злословию более всего предаются плохие поэты.

Пива светлого наварено, на столе дымится гусь…

Пива светлого наварено, На столе дымится гусь… Поминать царя да барина Станет праздничная Русь — Крепким словом, прибауткою За беседою хмельной; Тот-забористою шуткою, Этот-пьяною слезой. И несутся речи шумные От гульбы да от вина… Порешили люди умные: — Наше …

Back to Top